Дефицит витаминов и здоровье сердца: насколько прочна связь

Дефицит некоторых витаминов группы B, в частности фолата, B12 или B6, повышает уровень гомоцистеина в крови. Гомоцистеин — промежуточный продукт обмена метионина, незаменимой аминокислоты, поступающей с пищей. Большую часть гомоцистеина организм превращает обратно в метионин, и именно для этого превращения нужны витамины. Данные наблюдений стабильно связывают более высокий уровень гомоцистеина с большей частотой сердечно-сосудистых событий (D'Elia et al., J. Cardiovasc. Dev. Dis., 2025).

На этом механизме основано распространённое упрощение: если витамины группы B снижают уровень гомоцистеина, то они должны уменьшать и частоту сердечно-сосудистых событий. Это предположение проверено в десятках рандомизированных испытаний, и подтвердилось оно лишь частично (Ghattas Hasbun et al., BMC Nutr., 2025). Результат различался по исходам и зависел от исходной обеспеченности витаминами.

Дефицит витаминов и состояние сосудов

Нехватка витаминов сказывается на сосудах несколькими путями, и изучены они неодинаково. Наиболее полно описан обмен гомоцистеина, концентрация которого связана с сердечно-сосудистым риском. Наряду с обменом гомоцистеина исследовано влияние витамина D, и механизмы там другие: его статус оценивают по концентрации 25-гидроксивитамина D в крови.

Высокий уровень гомоцистеина сам по себе не доказывает нехватки витаминов. На него влияют сниженная функция почек, возраст, образ жизни, приём отдельных лекарств, в частности метформина и ингибиторов протонной помпы, и наследственные особенности обмена фолата, поэтому показатель читают вместе с этими факторами (D'Elia et al., J. Cardiovasc. Dev. Dis., 2025).

Витамины группы B и обмен гомоцистеина

Гомоцистеин метаболизируется двумя путями: реметилирование возвращает его в метионин, а транссульфурация превращает в цистеин. Оба пути требуют кофакторов, которые образуются из витаминов группы B, и поэтому обеспеченность этими витаминами сказывается на концентрации гомоцистеина. В этих реакциях витамины выполняют разные функции:

• фолат (витамин B9) поставляет одноуглеродные группы для реметилирования;

• витамин B12 в форме метилкобаламина является кофактором метионинсинтазы;

• витамин B6 в форме пиридоксаль-5′-фосфата является кофактором ферментов транссульфурации.

У реметилирования есть и альтернативный путь: бетаин-гомоцистеин-метилтрансфераза использует бетаин как донор метильной группы. Рибофлавин (витамин B2) действует опосредованно: его производное FAD является кофактором метилентетрагидрофолатредуктазы. Этот фермент кодируется геном MTHFR (methylenetetrahydrofolate reductase) и образует 5-метилтетрагидрофолат — форму фолата, участвующую в реметилировании гомоцистеина.

Подробнее об обмене гомоцистеина и роли витаминов группы B — в статье Витамины группы B и гомоцистеин: что не покажет стандартный анализ.

Что показывают наблюдательные и генетические исследования гомоцистеина

Данные наблюдений последовательно выявляют связь между более высоким уровнем гомоцистеина и сердечно-сосудистым риском. По данным метаанализов, повышение концентрации гомоцистеина на 5 мкмоль/л сопровождается повышением риска ишемической болезни сердца примерно на 20–30%. Однако такая ассоциация сама по себе не доказывает, что событие вызывает именно гомоцистеин: его уровень зависит, в частности, от возраста и функции почек, которые самостоятельно связаны с сердечно-сосудистым риском (D'Elia et al., J. Cardiovasc. Dev. Dis., 2025).

Чтобы проверить, согласуются ли эти наблюдения с причинной гипотезой, применяют менделевскую рандомизацию (Mendelian randomization). Метод сравнивает группы людей, у которых генетические варианты связаны с более высоким или более низким уровнем признака. Поскольку варианты распределяются при зачатии случайно, такое разделение работает подобно жеребьёвке в клиническом испытании. В одном из таких исследований более высокий генетически прогнозируемый уровень гомоцистеина был связан с большей вероятностью инсульта в целом и ишемического инсульта: отношение шансов (odds ratio) составило 1,11 (95% доверительный интервал 1,03–1,21) (Yuan et al., BMC Med., 2021). Для субарахноидального кровоизлияния оценка была выше и составила 1,26 (1,05–1,51). Связи с другими изученными сердечно-сосудистыми патологиями, в частности с ишемической болезнью сердца, не выявлено. Сами авторы квалифицируют найденные ассоциации как ориентировочные: их значения p не достигают консервативного порога Бонферрони 0,001, применённого в исследовании (Yuan et al., BMC Med., 2021).

Систематический обзор менделевских рандомизаций 2025 года также нашёл данные в пользу связи гомоцистеина с несколькими типами инсульта, в частности с инсультом мелких сосудов (Zhu et al., Nutr. Metab., 2025). Переносить эти оценки непосредственно на эффект снижения гомоцистеина во взрослом возрасте нельзя: менделевская рандомизация оценивает разницу, связанную с пожизненным влиянием генетических вариантов (Burgess & Gill, Eur. Heart J., 2022), тогда как добавки применяют в конкретный период и при определённых условиях. Интерпретация зависит также от того, какие именно генетические варианты были взяты для анализа.

Итак, наблюдательные и генетические данные поддерживают связь гомоцистеина прежде всего с инсультом. Наблюдательную ассоциацию с ишемической болезнью сердца генетические данные не подтверждают, поэтому одинаково трактовать значение показателя для всех сердечно-сосудистых заболеваний оснований нет. Меняет ли вмешательство в метаболизм гомоцистеина частоту клинических жалоб, оценивают отдельно.

Что показывают рандомизированные испытания с фолиевой кислотой

Рандомизированные исследования проверяют результат конкретного вмешательства, а не причинную роль гомоцистеина. Метаанализ 45 рандомизированных контролируемых исследований с участием 96 962 человек показал, что приём фолиевой кислоты был связан со снижением относительного риска инсульта на 15% (RR 0,85; 95% ДИ 0,76–0,96). Для сердечно-сосудистых заболеваний в целом эффект был меньше: относительный риск 0,95 (95% ДИ 0,90–0,99). Для ишемической болезни сердца (RR 0,98; 95% ДИ 0,91–1,06) и смертности (RR 0,98; 95% ДИ 0,93–1,02) статистически убедительного эффекта не выявлено (Ghattas Hasbun et al., BMC Nutr., 2025).

Отрицательный результат для ишемической болезни сердца не отменяет биологической роли фолата: биохимическая роль нутриента не определяет автоматически клинического эффекта его дополнительного поступления. Неоднородность результатов в обзоре 2025 года объясняют различиями между испытаниями: исходной обеспеченностью фолатом, начальным уровнем гомоцистеина, генетическим фоном, в частности генотипом MTHFR, дозировкой и длительностью наблюдения (D'Elia et al., J. Cardiovasc. Dev. Dis., 2025).

В выводах метаанализа польза описана как наиболее заметная у людей с более высоким уровнем гомоцистеина, более низкой обеспеченностью фолатом и без сердечно-сосудистого заболевания в анамнезе (Ghattas Hasbun et al., BMC Nutr., 2025). Коррекция подтверждённого дефицита и дополнительное поступление витамина при достаточной обеспеченности остаются разными ситуациями с точки зрения интерпретации доказательств.

Авторы обзора приходят к выводу, что имеющиеся доказательства не поддерживают рутинного вмешательства в неотобранных группах населения, и формулируют это как открытый вопрос: является ли гомоцистеин самостоятельным участником сосудистого повреждения или лишь пассивным индикатором имеющейся патологии (D’Elia et al., J. Cardiovasc. Dev. Dis., 2025).

Витамин D и сосуды: наблюдательные данные и результаты вмешательств

В метаанализе 79 наблюдательных исследований, охвативших 46 713 случаев сердечно-сосудистых заболеваний среди 1 397 831 участника, самая низкая категория 25-гидроксивитамина D по сравнению с самой высокой была ассоциирована с более высокой вероятностью возникновения сердечно-сосудистого заболевания (RR 1,34; 95% ДИ 1,26–1,43) и повторных событий (RR 1,86; 95% ДИ 1,46–2,36) (Jani et al., Nutr. Metab. Cardiovasc. Dis., 2021).

В рандомизированном испытании D-Health 21 315 человек в возрасте 60–84 лет получали витамин D ежемесячно или плацебо. Отношение рисков для крупных сердечно-сосудистых событий составило 0,91 (95% ДИ 0,81–1,01), для инфаркта миокарда 0,81 (95% ДИ 0,67–0,98), для инсульта 0,99 (95% ДИ 0,80–1,23). В абсолютных числах за пять лет это на 5,8 события меньше на 1000 участников, причём доверительный интервал охватывает значения от 12,2 события меньше до 0,5 события больше, и авторы описывают его как совместимый с отсутствием эффекта (Thompson et al., BMJ, 2023).

Распределение по исходам здесь иное, чем для гомоцистеина: эффект заметен для инфаркта миокарда, тогда как для инсульта его нет.

Подробнее об индивидуальных различиях в усвоении витамина D — в статье Витамин D: почему не существует универсальной рабочей дозы.

Генетические особенности обмена гомоцистеина и интерпретация показателя

Часть межиндивидуальной разницы в уровне гомоцистеина объясняют наследственные особенности ферментов фолатного цикла. Вариант C677T в гене MTHFR снижает активность метилентетрагидрофолатредуктазы. Метионинсинтазу кодирует ген MTR (5-methyltetrahydrofolate-homocysteine methyltransferase), а ген MTRR (5-methyltetrahydrofolate-homocysteine methyltransferase reductase) кодирует её редуктазу, которая возвращает кофактор в активную форму.

Взаимодействие гена и нутриента описано для рибофлавина. В наблюдательном исследовании 242 взрослых с генотипом MTHFR 677TT сравнили с группой того же возраста без этого генотипа. Генотип TT и низкий статус рибофлавина были независимо ассоциированы с гипертензией, причём разница артериального давления между генотипами была более выраженной среди женщин; обеспеченность рибофлавином между группами не отличалась (Rooney et al., J. Hum. Nutr. Diet., 2022).

Лабораторные и генетические данные относятся к разным вопросам. Концентрация гомоцистеина показывает текущее биохимическое состояние. Генетический вариант характеризует наследственную особенность фермента и не устанавливает ни дефицита, ни текущего уровня показателя. В обзоре 2025 года рутинное генетическое тестирование MTHFR для сердечно-сосудистых решений не рекомендовано, а измерение гомоцистеина описано как способ оценить показатель, когда цель — его коррекция (D’Elia et al., J. Cardiovasc. Dev. Dis., 2025).

Генетический отчёт Apixmed Prism работает именно на этом уровне: наследственные особенности обмена гомоцистеина входят в направления «Витамины и микронутриенты» и «Аминокислоты». Текущий уровень гомоцистеина и обеспеченность витаминами определяют лабораторные анализы.

Подробнее о том, что генетический анализ добавляет к оценке сердечно-сосудистого риска — в статье Сердечно-сосудистый риск и ДНК: что покажет генетический тест и чего не покажет анализ крови.

Что известно о связи витаминов и сердца на сегодня

Фолат, витамины B12 и B6 нужны для обмена гомоцистеина, и эта их роль хорошо установлена. Открытым остаётся другой вопрос: меняет ли воздействие на сам показатель течение болезни.

Более высокий уровень гомоцистеина связан с большей вероятностью отдельных сердечно-сосудистых событий, прежде всего инсульта. Для ишемической болезни сердца генетические данные такой связи не подтверждают. Испытания с фолиевой кислотой показали меньшую вероятность инсульта и не показали эффекта для ишемической болезни сердца и смертности. Для витамина D картина та же: ассоциация низкого уровня с событиями выражена, а доверительный интервал для эффекта вмешательства остаётся совместимым с отсутствием эффекта.

Сам уровень гомоцистеина не объясняет причины своего повышения и не подтверждает нехватки конкретного витамина, поэтому изолированно показатель не трактуют. Генетические данные добавляют к картине наследственные особенности обмена, но измерение текущего состояния не заменяют.

Результаты генетического теста — это не диагноз и не замена консультации врача. Отчёт Apixmed Prism даёт генетический контекст, который дополняет результаты обследований и помогает принимать решения вместе с врачом.

Источники

1. D'Elia, S., Morello, M., Titolo, G., Caso, V. M., Solimene, A., Luisi, E., Serpico, C., Morello, A., La Mura, L., Loffredo, F. S., Natale, F., Golino, P., Cimmino, G. (2025). Homocysteine in the Cardiovascular Setting: What to Know, What to Do, and What Not to Do. Journal of Cardiovascular Development and Disease, 12(10), 383. https://doi.org/10.3390/jcdd12100383

2. Ghattas Hasbun, P., Calderon Martinez, E., Arvelaez Pascucci, J., Livier Castillo, J., Alonso-Ramírez, A., Giron De Marza, M. M., Martinez Illan, J., Sosaya Zuñiga, B., Camacho Davila, K., Flores Monar, G., Sanchez Cruz, C. (2025). Efficacy of folic acid supplementation in the prevention of cardiovascular disease - a systematic review and meta-analysis of randomized controlled trials. BMC Nutrition, 11(1), 203. https://doi.org/10.1186/s40795-025-01178-z

3. Yuan, S., Mason, A. M., Carter, P., Burgess, S., Larsson, S. C. (2021). Homocysteine, B vitamins, and cardiovascular disease: a Mendelian randomization study. BMC Medicine, 19(1), 97. https://doi.org/10.1186/s12916-021-01977-8

4. Zhu, X., Wei, J., Li, J., Zuo, S., Wang, J., Liu, N. (2025). The causal role of homocysteine in multiple diseases: a systematic review of Mendelian randomization studies. Nutrition & Metabolism, 22(1), 45. https://doi.org/10.1186/s12986-025-00933-0

5. Burgess, S., Gill, D. (2022). Genetic evidence for vitamin D and cardiovascular disease: choice of variants is critical. European Heart Journal, 43(18), 1740–1742. https://doi.org/10.1093/eurheartj/ehab870

6. Jani, R., Mhaskar, K., Tsiampalis, T., Kassaw, N. A., Gonzalez, A. M., Panagiotakos, D. B. (2021). Circulating 25-hydroxy-vitamin D and the risk of cardiovascular diseases. Systematic review and meta-analysis of prospective cohort studies. Nutrition, Metabolism and Cardiovascular Diseases, 31(12), 3282–3304. https://doi.org/10.1016/j.numecd.2021.09.003

7. Thompson, B., Waterhouse, M., English, D. R., McLeod, D. S., Armstrong, B. K., Baxter, C., Duarte Romero, B., Ebeling, P. R., Hartel, G., Kimlin, M. G., Rahman, S. T., van der Pols, J. C., Venn, A. J., Webb, P. M., Whiteman, D. C., Neale, R. E. (2023). Vitamin D supplementation and major cardiovascular events: D-Health randomised controlled trial. BMJ, 381, e075230. https://doi.org/10.1136/bmj-2023-075230

8. Rooney, M., Hughes, C. F., Strain, J. J., Clements, M., McNulty, H., Ward, M. (2022). Impact of the MTHFR C677T polymorphism on blood pressure and related central haemodynamic parameters in healthy adults. Journal of Human Nutrition and Dietetics, 35(4), 689–700. https://doi.org/10.1111/jhn.13061