Гастрит и панкреатит: когда причина не только в питании

Когда после еды появляется дискомфорт, боль или жжение в верхней части живота, часто первой реакцией становится поиск «неправильных» продуктов и попытки исключить кофе, убрать жирное, сократить острое или перейти на другой рацион. Иногда это действительно может помочь контролировать симптомы. Но уменьшение симптомов после изменения питания не подтверждает, что причиной была еда: за реакциями организма могут стоять инфекция, аутоиммунный процесс или другие факторы, на которые рацион напрямую не влияет. Поэтому важно различать то, что провоцирует или усиливает симптомы, и то, что является причиной самого состояния, в том числе когда речь идёт об индивидуальной генетической предрасположенности.

Причины гастрита и панкреатита: почему это не вариации одного состояния

Гастрит и панкреатит имеют разную этиологию. Для гастрита важными причинами являются, в частности, инфекция Helicobacter pylori (H. pylori), медикаментозное поражение слизистой и аутоиммунный процесс (Pennelli et al., Pathologica, 2020). Для панкреатита ведущими причинами являются желчнокаменная болезнь и употребление алкоголя. Среди других причин и факторов риска как гастрита, так и панкреатита — метаболические, структурные, медикаментозные, аутоиммунные и генетические факторы (Tenner et al., Am J Gastroenterol, 2024).

Какие причины у гастрита и какую роль играет питание

Инфекция Helicobacter pylori является основной причиной хронического гастрита (Pennelli et al., Pathologica, 2020). Другие формы поражения желудка связаны, в частности, с длительным приёмом нестероидных противовоспалительных препаратов, которые уменьшают боль, снимают воспаление и снижают температуру, употреблением алкоголя и желчным рефлюксом, который отдельно классифицируют как реактивную (химическую) гастропатию и др. (Pennelli et al., Pathologica, 2020). Значительное количество алкоголя также способно вызывать острую эрозивную гастропатию (повреждение внутренней оболочки желудка с образованием поверхностных ранок (эрозий) без выраженного воспаления). Отдельным механизмом является аутоиммунный гастрит, при котором иммунная система направляет ответ против компонентов париетальных клеток желудка.

Питание не считается важной причиной большинства случаев гастрита или гастропатии (NIDDK, Eating, Diet, & Nutrition for Gastritis & Gastropathy, 2019). Симптомы действительно могут усиливаться после определённых продуктов или напитков, но это не всегда означает, что они являются причиной воспаления слизистой.

Подробнее о роли питания — в статье «Почему одна и та же диета даёт разные результаты у разных людей: роль генетики и метаболизма».

Дискомфорт после еды не всегда означает гастрит: те же симптомы — боль или жжение в верхней части живота, раннее насыщение, чувство переполнения — могут свидетельствовать о функциональной диспепсии, когда органическую причину, в частности воспаление слизистой, при обследовании не выявляют (StatPearls, Functional Dyspepsia, 2024).

Какие причины у панкреатита

Одними из самых частых причин острого панкреатита являются желчнокаменная болезнь (40–70% случаев) и употребление алкоголя (25–35% случаев) (Tenner et al., Am J Gastroenterol, 2024). Когда ни одна из этих двух причин не подтверждается, поиск обычно продолжают с оценки уровня триглицеридов: концентрация в крови более 1000 мг/дл повышает вероятность того, что причиной является тяжёлая гипертриглицеридемия (Tenner et al., Am J Gastroenterol, 2024).

Более широкий метаболический контекст рассмотрен в статье «Метаболизм, пищеварение и генетика: что влияет на реакцию на еду».

Медикаменты также могут быть причиной острого панкреатита, хотя медикаментозно-индуцированные случаи встречаются значительно реже. Структурные причины включают врождённые аномалии протоков поджелудочной железы (Fu & Lucas, Gastrointest Endosc Clin N Am, 2022), а отдельную группу составляет аутоиммунный панкреатит — воспаление, вызванное собственной иммунной системой, а не внешним фактором (Sharma et al., Front Med, 2024).

Хронический панкреатит — это прогрессирующий фиброинфламаторный процесс, который приводит к необратимым структурным изменениям поджелудочной железы и со временем может нарушать её экзокринную и эндокринную функции. Повторные эпизоды острого панкреатита являются одним из путей его развития, но не являются обязательным условием (Fu & Lucas, Gastrointest Endosc Clin N Am, 2022). При раннем начале, рецидивирующем или идиопатическом панкреатите, а также при наличии семейного анамнеза врач может направить на клиническое генетическое тестирование (Fu, Lucas, Gastrointest Endosc Clin N Am, 2022).

Когда симптомы требуют медицинского обследования

Симптомы требуют медицинского обследования, если они сохраняются, повторяются или сопровождаются непреднамеренной потерей веса, повторной рвотой, признаками кровотечения или желтухой.

Такие проявления могут иметь разные причины, поэтому самостоятельное исключение продуктов не заменяет клинической оценки. При подозрении на гастрит или атрофические изменения желудка могут понадобиться эндоскопия и биопсия (Shah et al., Gastroenterology, 2021). При подозрении на острый панкреатит диагноз устанавливают при наличии как минимум двух из трёх критериев: характерной боли, повышения панкреатических ферментов и/или характерных изменений на УЗИ (Tenner et al., Am J Gastroenterol, 2024).

Гастрит и панкреатит имеют разную генетическую составляющую

Генетическая роль этих состояний не одинакова. Для гастрита наиболее изученный генетический контекст касается аутоиммунного механизма. Для раннего, рецидивирующего, идиопатического и наследственного панкреатита генетические факторы имеют установленное клиническое значение, и в этих случаях может быть показано клиническое генетическое тестирование.

Гастрит: генетика изучена для аутоиммунной формы

Аутоиммунный гастрит является одной из основных причин атрофического гастрита наряду с длительной инфекцией H. pylori (Shah et al., Gastroenterology, 2021). Это форма, при которой собственная иммунная система атакует клетки желудка, вырабатывающие соляную кислоту и внутренний фактор (белок, необходимый для усвоения витамина B12).

GWAS-исследования аутоиммунных проявлений, в частности пернициозной анемии — позднего проявления этого состояния, — выявили ассоциации с генами PTPN22 (protein tyrosine phosphatase non-receptor type 22), PNPT1 (polyribonucleotide nucleotidyltransferase 1), HLA-DQB1 (major histocompatibility complex, class II, DQ beta 1) и IL2RA (interleukin 2 receptor subunit alpha). Отдельные молекулярные исследования также указывают на роль ATP4A (ATPase H+/K+ transporting subunit alpha), ATP4B (ATPase H+/K+ transporting subunit beta), AIRE (autoimmune regulator), SLC26A7 (solute carrier family 26 member 7) и SLC26A9 (solute carrier family 26 member 9) в механизмах аутоиммунного гастрита (Iwamuro et al., Curr Issues Mol Biol, 2023). Эти данные не означают, что генетическая составляющая отсутствует для других форм гастрита. Они показывают, что именно аутоиммунный гастрит имеет наиболее чётко описанный в приведённой литературе генетический контекст.

Панкреатит: разный вклад генетических вариантов в риск болезни

Для наследственного и идиопатического панкреатита описаны варианты в генах PRSS1 (serine protease 1, cationic trypsinogen), SPINK1 (serine peptidase inhibitor Kazal type 1), CTRC (chymotrypsin C), CFTR (cystic fibrosis transmembrane conductance regulator) и CPA1 (carboxypeptidase A1). Эти гены связаны с разными механизмами: регуляцией активации и деградации трипсина, функцией протоковой системы поджелудочной железы или нарушениями фолдинга белка в ацинарных клетках (Fu & Lucas, Gastrointest Endosc Clin N Am, 2022).

Клиническое значение конкретного варианта зависит от гена, самого варианта и его пенетрантности (частоты, с которой определённый ген или аллель проявляется во внешних признаках (фенотипе) организмов, имеющих этот генотип): для части вариантов PRSS1 риск существенно повышен, тогда как варианты в SPINK1, CTRC и других генах чаще действуют как факторы предрасположенности или модификаторы риска, а не как самостоятельная причина (Fu & Lucas, Gastrointest Endosc Clin N Am, 2022).

Два типа генетической информации: редкий вариант и полигенный риск

Варианты в генах, связанных с наследственным и ранним панкреатитом, могут иметь очень разный эффект — от высокопенетрантных вариантов PRSS1 до вариантов со сниженной пенетрантностью или модификаторов риска в SPINK1, CTRC, CFTR и других генах. Клиническое генетическое тестирование ищет именно такие редкие варианты прицельно. Полигенная оценка риска (PRS) работает по другому принципу: она суммирует небольшой вклад многих распространённых вариантов.

Подробнее о принципе расчёта — в статье «Что такое PRS и что означают цифры в вашем отчёте».

Место генетической информации среди других данных о здоровье

Генетический результат не определяет причину симптомов сам по себе. Он добавляет информацию о фоновой предрасположенности, которая существует независимо от текущего состояния организма, и должен рассматриваться наряду с симптомами, анамнезом, лабораторными данными, результатами обследований, а не вместо них.

Apixmed Prism, в частности генетическая панель Ultima, использует генетические данные для оценки индивидуальной предрасположенности по широкому спектру показателей и не устанавливает диагноз.

Подробнее о тесте — «Генетическая панель Ultima от Apixmed Prism».

Гастрит, панкреатит и генетика: ответы на частые вопросы

Может ли генетический тест определить, есть ли у меня гастрит или панкреатит сейчас?

Нет. Генетический тест оценивает генетическую предрасположенность, а не наличие воспаления. Гастрит и панкреатит диагностируют по клиническим данным, лабораторным исследованиям и по результатам эндоскопии или визуализации, если есть показания к таким методам диагностики.

Означает ли высокий генетический риск гастрита или панкреатита, что я обязательно заболею?

Нет. Полигенная оценка риска показывает положение генетического показателя человека относительно референтной популяции, а не определяет будущий диагноз. Даже редкие варианты с высокой пенетрантностью не означают неизбежного развития заболевания, хотя являются основанием для более внимательного клинического наблюдения.

Заменяет ли PRS клиническое генетическое тестирование при подозрении на наследственный панкреатит?

Нет. Полигенная оценка риска (риск-скор) и клиническое тестирование редких вариантов отвечают на разные вопросы. Если есть ранняя манифестация панкреатита, семейный анамнез или не удаётся установить причину повторного панкреатита, вопрос о клиническом генетическом тестировании нужно решать отдельно с врачом.

Результаты генетического теста — это не диагноз и не замена консультации врача. Отчёт Apixmed Prism даёт генетический контекст, который дополняет результаты обследований и помогает принимать решения вместе с врачом.

Источники

1. Pennelli, G., Grillo, F., Galuppini, F., Ingravallo, G., Pilozzi, E., Rugge, M., Fiocca, R., Fassan, M., Mastracci, L. (2020). Gastritis: update on etiological features and histological practical approach. Pathologica, 112(3), 153–165. https://doi.org/10.32074/1591-951X-163

2. Shah, S.C., Piazuelo, M.B., Kuipers, E.J., Li, D. (2021). AGA Clinical Practice Update on the Diagnosis and Management of Atrophic Gastritis: Expert Review. Gastroenterology, 161(4), 1325–1332. https://doi.org/10.1053/j.gastro.2021.06.078

3. Iwamuro, M., Tanaka, T., Otsuka, M. (2023). Update in Molecular Aspects and Diagnosis of Autoimmune Gastritis. Current Issues in Molecular Biology, 45(7), 5263–5275. https://doi.org/10.3390/cimb45070334

4. National Institute of Diabetes and Digestive and Kidney Diseases (NIDDK). (2019). Eating, Diet, & Nutrition for Gastritis & Gastropathy. Обновлено: август 2019. https://www.niddk.nih.gov/health-information/digestive-diseases/gastritis-gastropathy/eating-diet-nutrition

5. Tenner, S., Vege, S.S., Sheth, S.G., Sauer, B., Yang, A., Conwell, D.L., Yadlapati, R.H. et al. (2024). American College of Gastroenterology Guidelines: Management of Acute Pancreatitis. American Journal of Gastroenterology, 119(3), 419–437. https://doi.org/10.14309/ajg.0000000000002645

6. Fu, Y., Lucas, A.L. (2022). Genetic Evaluation of Pancreatitis. Gastrointestinal Endoscopy Clinics of North America, 32(1), 27–43. https://doi.org/10.1016/j.giec.2021.08.006

7. Litvinova, M.M., Khafizov, K.F., Speranskaya, A.S., Matsvay, A.D., Asanov, A.Yu., Nikolskaya, K.A., Vinokurova, L.V., Dubtsova, E.A., Ipatova, M.G., Mukhina, T.F., Karnaushkina, M.A., Bordin, D.S. (2023). Spectrum of PRSS1, SPINK1, CTRC, CFTR, and CPA1 Gene Variants in Chronic Pancreatitis Patients in Russia. Sovremennye Tehnologii v Medicine, 15(2), 60–70. https://doi.org/10.17691/stm2023.15.2.06

8. Abu-El-Haija, A., Reddi, H.V., Wand, H., Rose, N.C., Mori, M., Qian, E., Murray, M.F.; ACMG Professional Practice and Guidelines Committee. (2023). The clinical application of polygenic risk scores: A points to consider statement of the American College of Medical Genetics and Genomics (ACMG). Genetics in Medicine, 25(5), 100803. https://doi.org/10.1016/j.gim.2023.100803

9. Francis, P., Zavala, S.R. (2024). Functional Dyspepsia. StatPearls [Internet]. StatPearls Publishing. https://www.ncbi.nlm.nih.gov/books/NBK554563/

10. Sharma, R.K., Vitali, F., Chhabra, P. (2024). Editorial: Diagnosis and management of acute, chronic, and autoimmune pancreatitis. Frontiers in Medicine, 11, 1517007. https://doi.org/10.3389/fmed.2024.1517007